Впервые я услышала эту фамилию где-то в 70-х годах уже прошлого века.ю Мне показали кусочек фотопленки с плохо видным изображением. Это была картина Ильи Сергеевича Глазунова «Мистерия 20 века».  Я попросила знакомого фотографа сделать отпечаток,  но он предупредил меня, что особо распространяется это не следует. Фотографию мы с друзьями рассматривали с лупой. Еще бы, такое изобразить.. Ленин, Сталин, Гитлер, Николай II. Мешанина из людей, составивших историю 20 века. И над всеми парит Иисус Христос. Это было необычно, отличалось от гладких картин соцреализма.

Живьём это произведение опального художника я смогла посмотреть на выставке в Москве, простояв в очереди около трех часов. Толпа описывали все здание, была жирной, но народ стоял и никуда не хотел уходить. Эта картина была выставлена в центре экспозиции. Очень жалею, что тогда не было ни миниатюрных фотокамер, ни смартфонов — мне показалось, что она претерпела некоторые изменения по сравнению с имеющейся фотографией. Те картины, которые я увидела, показались абсолютно необычными. Это были и иллюстрации к Достоевскому, и блокадные рисунки.

Народ, обойдя выставку, стремился к книге отзывов. Все хотели написать что то от себя. Приблизительно на пять хвалебных рецензий была одна негативная. Вдруг в толпе прошёл шорох — это в зале появился сам художник. Он сопровождал кого то и давал пояснения к своим произведениям.  Было очень интересно послушать Илью Сергеевича. Он полемизировал со спутником, отстаивая свое право на подобное самовыражение.  Мне в то время был близок Глазунов скорее не как художник, а как собиратель икон Русского Севера, особенно после солоухинских «Чёрных досок».  Эта встреча была первой, но запомнилась надолго.

Второй раз мы встретились уже в  Манеже Ленинграда (?) — не помню уже год. Билеты на выставку распространялись через профсоюзы,  и мой папа смог их получить. В это время у меня было уже два альбома художника — один с иллюстрация и к Достоевскому, второй небольшая брошюра, выпущенная в этой выставке. Что интересно, альбом по Достоевскому я получила в… нагрузку к какой то книге, когда жила на Севере. Вот какое тогда бывало.  Папа с интересом рассматривал картины, ему было интересно. А я сравнивала картины с альбомами, чтобы понять, насколько печать отличается от оригиналов, чтобы запомнить все тона и полутора, манеру нанесения рисунка. Мы уже пошли к выходу,и вдруг я увидела ЕГО. Он спешил, но не отказал в автографе на альбоме, предварительно спросив имя. Папа не растерялся, подошел, представился «Борис Иванович» и получил личную подпись на своей книге. У Ильи Сергеевича очень красивый голос, он спросил, что мне более всего понравилось. Я остановила свой выбор в тот раз на картинах исторических, с Иваном Грозным, он что то пробурчал и поспешил уйти.

В последний раз я видела его уже, если не ошибаюсь, в 2010 году на выставке,  организацией которой он был очень недоволен. В городе практически не было рекламы, его тяжеленные полотна ращвешивали его студенты, помощи от города он не получил никакой, о чем не применул сразу сказать на пресс конференции. Но, хоть рекламы и не было, народ с нетерпением ждал окончания официальной церемонии несколько часов, очередь растянулся вдоль бульвара довольно далеко. На пресс конференции я задала вопрос о восстановления церкви на Сенной, на что Глазунов в ходе телемарафона пожертвовал немалые деньги. Вопрос показался ему неудобным, и он аккуратно ушёл от ответа, тем более, что уже прибыл Георгий Сергеевич Полтавченко, с которым они были дружны ещё со времен, когда он был постпредом в центральном федеральном округе, чему чвидетельствовало много фотографий. Они, как друзья обнялись, расцеловались, после чего губернатор передал ему увесистый подарок.

Глазунов повел его по выставке, пакет аккуратно перешёл к пресс секретарю Андрею Кибитову… Было видно, что им приятно общаться, что они понимают друг друга.

На этой выставке я увидела совершенно необычные для художника картины. Они были выполнены в значительно более светлых тонах, чем более ранние.

Они даже как то выбивались из общего ряда тех произведений, которые я не видела до того. Например, картина «Обстрел Белого дома в 1993 году».

Что меня поразило — Глазунов не остановился в создании Мистерия 20 века. Век закончился, и новые герои появились на ней. Это и президент Ельцин, Раиса Горбачева, Маргарет Тетчер.  И для того, чтобы картина была полной, внизу вы можете увидеть себя, как героя картины: там размещено зеркало.

Тот гигантизм, который он начал этой картиной, был продолжен в таких коллажах как  «Вечная Россия», «Рынок нашей демократии» и других. Это те картины, которые передают его внутренний мир, который закрылся сегодня. Таких картин больше не будет.

 

 

Share on VKTweet about this on TwitterShare on Google+0Share on Facebook2